Политика Ирана в отношении Армении и Азербайджана

Политику Ирана в направлении комплекса отношений с Азербайджаном и Арменией давно и традиционной принято считать проармянской. Действительно, если бы Иран занимал иную позицию, то положение Армении было бы несравненно менее предпочтительным.Для политологов и аналитиков представляют большой профессиональный интерес ирано-армянские отношения. Политики и эксперты рассматривают эти отношения как важный фактор общего геополитической расклада в регионе «Большого Ближнего Востока». Политологи и аналитики в Европе и отчасти в США понимают, что ирано-армянские отношения являются элементом обеспечения баланса сил и стабильности в регионе. В последнее время, после ухудшения американо-турецких отношений, США не могут не рассматривать ирано-армянские отношения более позитивно, нежели ранее, что отражается на позиции США в данном направлении, которая стала более сдержанной. Вместе с тем, для администрации и части политических кругов США отношения Армении с Ираном остаются предметом дискуссии и, в определенной мере, негативного восприятия. Вплоть до конца 90-х годов Иран имел в отношении становления армянской государственности не очень позитивные ожидания, рассматривая ее на уровне неформальных политических провинций, таких, как Иракский Курдистан или Западный Афганистан (Герат). Нагорный Карабах рассматривался Ираном как возможный инструментарий давления на Армению и Азербайджан. Иранцы имели также надежды на подчинение экономик Армении и Азербайджана иранским интересам. Убедившись в жизнеспособности Армении как независимого государства, что выражалось в положительной экономической динамике и в стабильности внутриполитического положения, а также в ориентации Армении на евразийскую геостратегическую инициативу, Иран кардинально изменил свои приоритеты и принял решение о развитии отношений с Арменией в новом режиме и с новыми целями. Но прошлые успехи были лишь началом и не имели продолжения. Армения оказалась в тисках русских интересов и перестала развиваться, как подобает. Провал евроинтеграции привел Армению к положению отсталой страны, с большими проблемами в части безопасности. Тем не менее, Иран по-прежнему рассматривает ее как страну, которая могла бы выйти на новые экономические рубежи и исправить свое положение в части обороны и безопасности. Армения из приграничной проблемы стала для Ирана важным партнером в зоне ближнего геополитического окружения. Вместе с тем, Иран рассматривает политическую самостоятельность и геополитическую роль Армении исключительно в свете ее отношений с Россией, США и Европейским сообществом. Одним из важных факторов самостоятельности и жизнеспособности Армении Иран рассматривает армяно-иранские отношения. На протяжении длительного периода Иран пытался обеспечить влияние на Армению, устанавливая отношения с различными политическими партиями, финансируя СМИ и отдельные акции политических группировок, имелись также попытки создания филиалов «Хезболла» в Ереване и в Степанакерте, вербовки более-менее подготовленных людей для ливанской «Хезболла». Предпринимались попытки создания фракции в парламенте в составе не менее 10 человек. Ставилась конкретная задача обеспечения политического влияния на военное командование Армении. Осуществлялось накопление информации о генералитете и офицерском корпусе. Начиная с 2000 года, иранские власти предпринимали усилия для освобождения из-под заключения Самвела Бабаяна, рассматривая версию его побега. Иранцы с большим воодушевлением восприняли устранение от власти ЛевонаТер-Петросяна и приход к власти «патриотически настроенной» провоенной группировки. На протяжении ряда лет соответствующая структура Высшего Совета безопасности Ирана предпринимала серьезные усилия по дистанцированию карабахской провинции от Армении, навязыванию карабахской провинции (не только руководству, но обществу, в том числе военному командованию) «самостоятельной» позиции. Иранцы были готовы продемонстрировать политическую волю и предпринять материальные затраты в целях дистанцирования карабахской провинции от Армении, рассматривая Самвела Бабаяна и Артура Агабегяна как возможных правителей карабахской провинции проиранской ориентации. Сейчас все это в далеком прошлом. Иранцы также рассматривали возможности создания коллегиального руководства карабахской провинции, включая представителей армянской общины Ирана и отдельных представителей партии «Дашнакцутюн». В Генштабе Ирана, по меньшей мере, дважды рассматривалась военная игра по материалам карабахской зоны конфликта, результаты которой были положены в основу предложений инициировать возобновление военных действий и занятие армянскими войсками новых территорий, прежде всего, вдоль реки Аракс, с целью создания «буфера» между Ираном и Азербайджанской республикой и установления полного контроля на водными ресурсами Аракса. По утверждению иранцев, они были готовы назначить официального представителя по гуманитарным вопросам в карабахской провинции, под предлогом защиты прав мусульман и исламских религиозных памятников, но столкнулись с категорическими протестами Азербайджана, который они оповестили о данных целях. Целью Ирана было удержание Армении на определенной дистанции от США и НАТО и, по возможности, создание определенных тем и проектов, которые осуществлялись бы Арменией и Ираном совершенно независимо от России. При этом, иранцы всячески уходили от идеи вступления в отношения с Арменией в военной сфере на достаточно серьезных условиях. На данном фоне формировалась нынешняя, актуальная политика Ирана по отношению к Армении. Еще совсем надавно Иран находился на пути сближения с Западом, и возможность сближения Армении с НАТО была для иранцев не столь катастрофичной. Сейчас ситуация изменилась, и консервативные силы в Иране вновь стали категорически возражать против интеграции Армении с НАТО. Вместе с тем, нужно отметить, что Иран сам намеревается развивать отношения с Европейским союзом и при этом не может не понимать, что развитие отношений с ЕС не может формироваться в изоляции от НАТО. Со временем Иран все более понимает, что вассальная зависимость Армении от России приводит к сковыванию возможностей Ирана во всем Южном Кавказе. В самое последнее время Иран пересмотрел свое отношение к связям России и Армении. Иран понимает, что пришло время оказать Армении большую поддержку и помощь, с целью нивелировать безобразные отношения России к Армении. Но Иран столкнулся сейчас с огромными экономическими трудностями и не в состоянии в полной мере развернуть отношения с Арменией. Иранцы понимают, что Армении прежде всего необходима военно-техническая помощь и иранцы готовы в какой-то мере помочь Армении. Взгляды относительно того, что Иран и иранские политики занимают в отношении  Азербайджана враждебный характер, не совсем отражает подлинного положения дел. Иранская политическая элита и подавляющая часть иранского общества занимает в отношении Азербайджана прагматическую позицию, включая эмоциональные оценки. Иранцы имеют богатый опыт враждебных отношений со многими исламскими государствами и общинами, поэтому антииранские шаги руководства Азербайджана не привели Иран к позиции враждебности к северному соседу. Иран рассматривает Азербайджан, прежде всего, как превосходный материал для интеграции в исламское политическое пространство, в будущий блок «ирано-шиитской империи». Различные слои и группы азербайджанского общества несравненно более тесно интегрированы в иранские политические структуры. Иран по степени влияния на азербайджанское общество ничем не уступает Турции, а по степени детализации имеет ряд приоритетов. В Азербайджане функционирует ряд политических партий и организаций проиранской исламской ориентации. Иран сумел создать в Азербайджане влиятельные религиозно-просветительские центры, абсорбировать некоторую часть интеллигенции. Апшеронский регион стал ареной ожесточенной конкуренции между Ираном и салафитскими движениями. Особенно сильно влияние Ирана в ряде провинций, прежде всего в Талышстане, в Мугани и Нахиджеване. Имеются доказательные факты о широкой деятельности Ирана в отношении талышского населения и Нахиджеванской области, что является признаками стремления Ирана к аннексии данных провинций в перспективе. Иранцы рассматривают данные провинции как рычаг влияния на Азербайджан, в том числе на правящий нахиджеванский клан в Баку. Вместе с тем, Иран не оказывает существенного влияния на правящий режим, политические партии и политический класс в целом, что стало постоянной ситуацией для Азербайджана. После ряда попыток привести отношения с Азербайджаном в более надлежащие формы, иранцы выяснили, что имеют весьма сложные отношения с этой страной и стали считать Азербайджан страной-противником.

 

Игорь МУРАДЯН, Аналитик

lragir.am

http://lragir.am/index/rus/0/comments/view/53997

© 2015 - 2016 All rights reserved. Users may download and print extracts of content from this website for their own personal and non-commercial use only. Republication or redistribution of Geopolitical Club content is expressly prohibited without the prior written consent. Address:
1© 2005 - 2015 Design and Development by Saratikyan.com Control
2© 2016 - Design and development by www.ConnectTo.com

Leave a Reply